50 лет объединению Иерусалима

193

В эту среду, 24 мая, столица Израиля празднует полувековой юбилей со дня объединения в единый город в ходе Шестидневной войны. С того самого дня Иерусалим согласно израильскому законодательству считается «единым и неделимым» (ст.3 Закона об Иерусалиме) и, само собой, в Законе юридически закреплен статус города как столицы Государства Израиль, несмотря на то, что еще за 17 лет до взятия Восточного Иерусалима город считался столицей по решению Кнессета от 23 января 1950 года, но на деле это была лишь западная его часть, контролируемая Израилем.
В свою очередь те, кто был и есть против Израиля, 22 июля 1980 года государства-члены Движения неприсоединения, среди которых находятся все члены ЛАГ и Лиги бойкота Израиля, объявили: «Город Иерусалим является неотъемлемой частью оккупированной Палестины. Он должен быть полностью покинут и безоговорочно передан под арабский суверенитет».
Современная Палестинская национальная администрация (в Иудее и Самарии) во главе с Махмудом Аббасом (он же Абу Мазен) считает Восточный Иерусалим оккупированной территорией, и согласно их представлению о геополитическом устройстве региона, эта часть объединенного города является столицей частично признанного Государства Палестина, правительство которого ныне расположено в Рамалле. Позиция террористической группировки ХАМАС (Харакат аль-Мукваммах аль-Исламийя) – Исламского движения сопротивления, заседающего в Секторе Газа, по поводу Иерусалима мало чем отличается от их коллег в Рамалле…
Однако, кто же всё-таки прав? И един ли город на самом деле, а не только юридически?…
Мы не будем вдаваться в политические и идеологические подробности каждой из сторон конфликта, а попытаемся разобраться на практике: ведь, если город един, то его бывшее существование «в разводе» как минимум не должно ощущаться…Понятно, что архитектура и благоустройство может показывать вам следы той эпохи (как, например, Берлин, одна часть которого до боли напоминает советский мегаполис, а вторая – типичный развитой западноевропейский город). Однако, в том же Берлине население (речь о немцах), так или иначе, едино – как этнически, так лингвистически. К тому же, одна религия – христианство.
В Иерусалиме же всё обстоит в корне противоположно. Скажу вам как иерусалимец: для этого не надо долго рыться в документах и читать книги. Достаточно просто пожить в городе, попутешествовав во все его районы с севера на юг и с запада на восток. В этом случае вы сразу заметите не только архитектурный контраст, но и бытовой: население резко меняется от сугубо еврейского до сугубо арабского. Таблички названий улиц, фирм, магазинов, реклама и так далее с иврита и английского на западе до сугубо арабского языка на востоке с редкими вкраплениями иврита или английского (это, как правило, в вывесках некоторых учреждений и туристических местах города). Если в Западном Иерусалиме табличка улицы идет по принципу иврит-арабский-английский (или иврит-английский), то в Восточном уже арабский-английский-иврит (тут скрывается политический аспект поставить иврит на последнее место по важности), арабский-иврит а то и только арабский. Более того, чеки в магазинах, барах и ресторанах (говорю на собственном опыте их посещения) – часто встречаются только на арабском. Более того, в некоторых местах с вами принципиально не говорят на иврите, хотя знают его неплохо…А если вы с продавцом торгуетесь на иврите, или спрашиваете цену – знайте, есть шанс, что вам продадут дороже, чем туристу, говорящему на любом другом языке, или показывающего пальцами, что ему надо. Это всё очень напоминает ситуацию в Советской Прибалтике, Западной Украине и Белоруссии, Бессарабии, которые были оккупированы Красной армией в 1939-1940 и затем аннексированы, а их международная легитимация как составляющих частей СССР была сделана только после Второй мировой войны. Местное население часто в послевоенные годы оказывало такое же сопротивление на бытовом уровне, не желая торговать, помогать в разных бытовых ситуациях и т д. не местным, когда человек заговаривал с ними не на их языке (в этом случае – на русском). А первые годы активно действовали различные сопротивленческие структуры против новой власти…
В наши дни в Восточном Иерусалиме далеко не безопасно появляться одному и без охраны, ибо даже полицию не всегда найдешь, если это не людное место, как, например, район Шхемских (Дамаскских) ворот. Чтобы поехать проведать усопших, погребенных на Масличной горе, настойчиво рекомендуют ехать в сопровождении полиции. Я посещал эту часть Восточного Иерусалима, и скажу, что мне сложно было лицезреть там хоть что-то израильское…Одним словом, я не увидел разницы с любым другим арабским городом на Ближнем Востоке. Единственное, что напоминало о присутствии там израильского суверенитета – это редкие (новоиспеченные) таблички с названиями улиц с ивритской надписью и до зубов вооруженных и защищенных, словно неприступная крепость, органов власти Израиля, в частности, полицейский участок у входа на кладбище с верхнего яруса. Более защищенным я видел только филиал Института национального страхования (Битуах леуми) в Восточном Иерусалиме по адресу ул. Ибн-Батута,5, защищенный, словно хранилище золотого запаса, и функционирующий, по словам сотрудников, только для арабского населения (зачем и как я там оказался, идя туда совершенно беззащитным – отдельная история). Также, исключительно для населения Восточного Иерусалима в муниципалитете есть отдел прописки и регистрации на Кикар Сафра.
В области образования за влияние в этой части города борются ПНА и Израиль. В новостях часто можно прочесть, что ПНА раздает бесплатно учебники, в то время как израильские надо покупать за свой счет. Палестинское руководство всячески пытается внедрить свои образовательные проекты, естественно, далеко не пропитанные любовью к Израилю. Местное население часто либо принципиально, либо по отсутствию необходимости (на мой взгляд, Восточный Иерусалим – своеобразное арабское гетто) не знает и не учит иврит, а порой, к несчастью для туристов, не знает и английского, как показал мой, хоть и небольшой, но опыт общения: благо, я смог самостоятельно выучить арабский язык (поверьте, это легче, чем найти девушку в Израиле). И хоть знаю его далеко не на высоком уровне, но, как минимум, прекрасно его понимаю на слух, не всегда нуждаясь в переводчике, и немного разговариваю. Зная иврит, это не так уж и сложно. Другой вопрос – грамматика. Её учить сложнее, и без преподавателя весьма нелегко.
В транспорте (трамвай) при проезде по Восточному Иерусалиму усиливается охрана пассажиров, а одна остановка (Шуафат) даже не оборудована терминалами для покупки билетов и вообще признаками остановки. Выходят на ней единицы, и понятно, что не туристы и не евреи, которые в том микрорайоне не проживают в принципе.
Это далеко не все нюансы жизни единого города, внутри которого по сути имеется еще один город. Но проблема в том, что вовремя не решенная правительством проблема полного окружения присоединенной части города ишувом (в данном случае – еврейскими микрорайонами) на прилегающих территориях, непонимание всей проблемы новых границ израильской столицы, по сути, создали «бомбу» замедленного действия, которая то и гляди, периодически даёт о себе знать, и, увы, часто далеко не бескровно…
Поэтому, в преддверии праздника, я прекрасно могу понять тех людей, кто говорит, что для него это не праздник. Да, возможно он «левак», и сочувствует противоположной стороне, но с другой стороны, он может вполне здраво, без слепого сионизма и нарочитого патриотизма понимать, что Иерусалим так же един, как спекаемый алюминиевый сплав, не имеющий кристаллической решетки, и реакция с ацетоном разрушает его очень быстро.
Как иерусалимец я считаю День Иерусалима просто Днем города, который в качестве праздника есть в любом населенном пункте земного шара. Но как день «соборности», «единства» и «неделимости» Иерусалима он вызывает у меня большие сомнения, которые мне, как любому здравомыслящему израильтянину, хотелось бы разрушить не идеологически, а на деле. Но решение этой проблемы напрямую зависит от компетентности нашего руководства…
В общем, как говорит один мой коллега-историк и религиовед: «Празднующих – с праздником!».